By 1917soviet
Кто такой Фикрет Акар?
Фикрет Акар прибыл в Турцию в январе 2001 года, намереваясь после непродолжительного пребывания вернуться в Европу, где он в то время проживал.
Однако во время его пребывания в стране по месту его жительства был проведен рейд, и в мае 2001 года он был арестован. Он был осужден на 12,5 лет заключения за «членство в террористической организации». Согласно прежнему турецкому уголовному кодексу, он должен был быть освобожден после отбытия двух третей срока, то есть через 9 лет. Согласно новому законодательству он должен был быть освобожден даже раньше: через 4 года. Тем не менее, турецкий фашизм держал его в тюрьме все 12,5 лет.
В ноябре 2013 года Фикрет Акар наконец-то вышел на свободу, но в сентябре 2017 года его снова арестовали. Поскольку власти не смогли предъявить никаких существенных доказательств его вины, они выдвинули обвинение в его членстве в музыкальном коллективе Grup Yorum. Мало того, что, конечно, быть членом Grup Yorum не является преступлением, так ещё и Фикрет Акар не имел к этому коллективу отношения.
Из-за отсутствия четкой формулировки обвинения он был в конечном итоге освобожден в ноябре 2019 года.
В 2021 году правоохранительными органами Турции снова был проведен масштабный рейд, по результатам которого было задержано 120 человек, включая Фикрета Акара, в отношении которого был выдан ордер на арест.
В связи с повторяющимися арестами Фикрет был вынужден уйти в подполье до 17 августа 2024 года.
В этот день его снова задержали и поместили в тюрьму уже в третий раз. Турецкий фашизм по-прежнему не имеет против него никаких существенных доказательств вины. Против Фикрета были сделаны лишь ложные заявления Озлема Пембе и Неслихана Албайрака.
2 февраля 2025 года его принудительно перевели в тюрьму Y-типа в Чорлу.
Публикуем второе письмо Фикрета Акара, в котором он описывает условия содержания в тюрьме. Его первое письмо вы можете прочитать здесь.
06.02.25, Чорлу
«Здравствуй, дорогая Шукрие!
Как ты? Как все?
Надеюсь, у вас все хорошо. У нас все хорошо. У нас все так, как и должно быть.
Я отправил тебе письмо в понедельник. Я думал, что отправлю еще одно в пятницу. Я пишу письма все время. Люди хотят знать, как прошло мое путешествие и что происходит.
Если бы я попытался писать каждому по отдельности, то мне было бы невозможно за всем уследить. Поэтому я приложил краткое изложение своей истории, чтобы все заинтересованные могли ее прочитать, а я тем самым значительно упрощу себе работу.
На самом деле, каково это место, что мы испытали, когда попали сюда, что мы делаем сейчас и т. д. – все это тоже довольно любопытные вопросы, и я напишу об этом на следующей неделе.
Лучше ведь не писать все сразу, чтобы не терять интерес, не так ли?
Кстати, ты в фаворе в эти дни! Я пишу тебе первой и также делюсь деталями помимо общего содержания.
Я пишу таким образом, чтобы у людей оставалось как можно меньше вопросов. Ведь скоро могут начаться ограничения и запреты на посещение.
Изоляция в целом усиливается постепенно, поэтому чем больше мы сделаем сейчас, тем лучше. Я часто говорю об этом в письмах. Так я заранее объясняю свою позицию, чтобы потом не говорили: «Ты нас завалил работой и мы не можем ничего делать, кроме как читать твои письма!»
Кстати, в последнее время я почему-то оказываюсь без чая по пять дней каждые шесть месяцев. И в этот раз я тоже был без чая пять дней в августе. Пока я заваривал чай один за другим, мои сокамерники с удивлением за этим наблюдали. Через некоторое время, когда все вернулось на круги своя, они тоже почувствовали облегчение.
Сейчас ситуация немного иная. Заказ из столовой пришел вчера, в среду. Мой чайник для заваривания чая тоже пришел. Бренд называется Altus. Это дочерная компания Arçelik. У заварника есть чайник почти на литр, он огромный.
В тюрьме Силиври мы привыкли заваривать полчайника. Я заваривал еще полчайника чая. Получилось 9-10 чашек чая с использованием стакана воды. Он никогда не заканчивается. 9 литров воды хватает на день.
Сейчас мне удалось выпить до 4 чашек, но за последние два дня я вымотался от чаепития.
Когда я был с Айтачем в тюрьме Бурхание (город в Турции), нас было 9 человек. Там был чайник Arçelik. И хотя мы делали чай очень крепким, нам едва удавалось получить по чашке каждому, поэтому мы не могли выпить по второй чашке. Этот чайник должен был быть здесь уже тогда.
Теперь я буду ферментировать йогурт. Али ферментировал йогурт в Силиври, он делал это очень хорошо. Теперь дело за мной. Посмотрим, как пойдет.
Здесь нет стульев. Они сказали, что в тюрьме их не останется или они придут. Я сижу на кровати и пытаюсь писать за столом. Кровать высокая. Я практически лежу на столе, и не прошло и недели, как у меня начала болеть спина. Она уже давно не болела. Эта кровать дает о себе знать.
Вспомнил об Али. Мы думали, что он отправился в тюрьму Синджан F-типа, но оказалось, что он отправился в тюрьму-колодец Синджан. Постепенно мы узнаем, кого куда отправили. Мы даже получили факсы из некоторых мест. Мне интересно, как дела у тех, кто уехал, и каково их положение.
И мы ничего не знаем о мире! Здесь нет ни телевидения, ни радио, ни газет. Газета здесь покупается по ежемесячной подписке. В понедельник, 3 февраля, я подал петицию. Они сказали, что подписка уже была сделана в этом месяце, поэтому газеты не будет до следующего месяца. Но это не моя вина, меня насильно привезли сюда… Мы говорили, но все тщетно.
Мы пытаемся слушать радио администрации, но оно такое хриплое, что у нас от него болит голова. Все эти расходы и все это оборудование умножаются на ноль без должного подхода. Это классика для Турции. Только что по радио TRT1 читали роман «Братья Карамазовы». Чтец читает очень хорошо, почти как закадровый голос. Но из-за хрипов ничего не разберешь. Я выключил. Новости еле слышно.
Кстати, система здесь почти такая же, как и та, которую ты описала (на то время) в Бельгии. На двери большое окно, когда я голодал, они приходили и проверяли меня каждые 2 часа. Теперь они проверяют меня лишь время от времени.
Двери не как в других тюрьмах: ручки нет, они не открываются механически. Как в американских фильмах, когда дверь нужно открыть, охранник называет номер камеры, и они открывают ее с центрального пульта. Интересно, что будет, если случится землетрясение и отключится электричество. Должны быть меры предосторожности! Иначе мы окажемся в ловушке внутри. В других тюрьмах есть кнопка экстренного вызова охраны. Здесь на двери есть две отдельные кнопки. Одна для экстренных случаев, на ней написано «экстренная». Её можно нажимать в случае проблем со здоровьем и т.д. Другая имеет функцию «нажми и говори». Когда у тебя есть вопрос, ты нажимаешь кнопку и говоришь через диафон. Высокотехнологичная дверь! Думаю, им не стоит позволять смотреть слишком много американских фильмов!
Они также мне дали документ с описанием программы по улучшению (которой я начал активно пользоваться). Там есть такие категории, как работа, спорт, культурная и религиозная деятельность и т.д. Вы получаете баллы в зависимости от деятельности, в которой участвуете. Если вы набираете меньше 40 баллов, вы теряете право на условно-досрочное освобождение и т.д. В прошлый раз Селчук Козагачлы набрал 37,5 баллов. Он ожидал освобождения в феврале, но поскольку его баллов было недостаточно для этого, он будет ждать новой оценки через 6 месяцев.
Другими словами это означает, что рассчитывать на условно-досрочное освобождение не приходится. Это означает, что применяется «лечение» (означает «лечение сумасшедших умов заключенных», т.е. заставить заключенных прекратить политическую деятельность – прим. пер.).
Раньше это называлось программой реабилитации, но и тогда это не работало. Теперь ее пересмотрели и внедрили как программу улучшения. Если посмотреть на это с юмористической точки зрения, то они как «нулевой» учитель. (Это учитель, который всегда ставит ученику ноль, независимо от того, как он ответил). Так что наша ситуация выглядит как «садись, ноль баллов».
Если бы Рифат Ильгаз был здесь, он бы написал серии «Класса «Хабабам»» (Рифат Ильгаз – турецкий писатель, поэт и журналист. Умер в 1973 году в Стамбуле. Рифат Ильгаз особенно известен своими юмористическими работами и социальной критикой. Его работа под названием «Hababam Sınıfı» («Класс «Хабабам»») – одна из самых известных и любимых в народе. «Hababam Sınıfı» повествует в юмористической манере о событиях, происходящих в школе, особенно в отдельных классах).
Меня направили в больницу на обследование. Посмотрим, с какими препятствиями мы столкнемся здесь. Вероятно, это общепринятая практика – отказывать в праве на лечение.
Ты что-то сказала моему брату о сопротивлении. Он не совсем понял. Он говорит: как ты собираешься голодать, ведь ты уйдешь через два дня, ну может быть через пять… Но когда не останется другого выхода…
Я снова напишу на следующей неделе. Передаю тебе привет и любовь от всего Чорлу, особенно от Кадира и Ахмета.
Береги себя, привет всем!
Фикрет
*Кстати, уже утро, я проверил йогурт, – он удался. Он как камень!»
